Хлысть-хлысть

Жила ты, жила себе в префектуре на острове N, закончила школу, курсы актерского мастерства, приехала в столицу, живешь потихоньку, денег не хватает, снимаешься в кино по мелочи, то там, то сям, чего-то ждешь от судьбы, надеешься, и вот оно, подвернулся момент схватить удачу за хвост! Главная роль в фильме. Правда, есть соперница, и достанется место либо тебе, либо ей. И живешь ты с ней в одной квартире. Ну да, ничего. Ведь и дураку понятно, что ты лучше во всех отношениях. Шагаешь ты домой с кастинга, напевая про себя: «Ты красива, но я тоже, молода, но я моложе». Приходишь, а там…

Во-первых, яйцо из холодильника пропало. Твое маленькое беленькое куриное яичко. А ты ведь еще подписала его, чтобы до этой идиотки дошло, что твое это яичко, и чужое брать нехорошо. Во-вторых, шампунем твоим любимым кто-то пользовался. И волос, волос-то крашеных в ванне, что фантиков у ребенка! Ну как тут не рассвирепеть? Высказала пару ласковых, конечно. Специально же составляли правила совместного проживания. Пошла спать в растрепанных чувствах, а через десять минут врывается эта овца с выжженными патлами и начинает что-то вопить про духи от Шанель. Ну, брызнулась пару раз ее дорогим парфюмом, что такого-то? Ты — девушка скромная и порядочная, у тебя нет богатых любовников, которые духи литрами преподносят. А ей все равно новые подарят. Ну, как подарят, телом заработает. А тут она тебе — хлысть! А ты ей — хлысть! И все завертелось, и смешались люди, яйца, духи.

Режиссер Юкихико Цукуми посвятил свой фильм «Двухкомнатная квартира» острой социальной проблеме соседства двух посторонних людей на одной жилплощади. Вроде бы и жить японцам негде, острова маленькие, народу много, жилье крайне дорогое — а все равно, не может гордый народ селиться подобно русским, в коммунальных квартирах. Одиночки они, да и не хватает душевности и хлебосольности. Ну и еще, конечно, фильм поведает о крепкой женской дружбе.

Название картины недвусмысленно намекает на то, что ожидать лицезрения галереи различных интерьеров и мест здесь не стоит. Камерная обстановка в фильмах ужасов предполагает постепенно нарастающее напряжение, максимальное сосредоточение на личностях персонажей, и, при наилучшем раскладе, неожиданный финал. Увы, «Двухкомнатная квартира» может похвастаться успешным выполнением разве что первого пункта, да и то, только в самом начале. Персонажи каноничны до безобразия: скромная и хозяйственная вчерашняя отличница супротив девицы легкого поведения, вчерашней хулиганки, курящей вместе с пацанами за гаражами. Финал же ясен после первых пяти минут фильма, если еще не на стадии прочтения аннотации.

Самым удачным ходом, пожалуй, стоит считать полифонию двух диалогов соперничающих девушек — внешнего и внутреннего. Мысли героинь озвучиваются вслух для зрителя. На этом приеме, пускай давно и не оригинальном, зиждется драматургия первой части фильма. Увы, как известно, мужчины ничего не знают о женщинах, и Юкихико Цукуми не исключение. Прелюдия отыграна на твердую четыре с плюсом, и тут должна пойти более сложная часть — фуга, где в полифонию вплетаются все новые голоса. Однако режиссер предпочел путь упрощения, поэтому хоть картина и имеет двухчастную форму но, было начинающийся психологический триллер, повествующий о превратностях нелегкой жизни в серпентарии, преобразуется всего лишь в слэшер, пускай и веселый временами, пускай и довольно гармонично.

Хронометраж у «Двухкомнатной квартиры» даже по меркам проходного фильма ужасов весьма небольшой. И все равно, простенькой истории, уместившейся бы в пятнадцатиминутную короткометражку, не хватает сюжетных поворотов, дабы вырасти в полноценный метр. К слэшерной половине картина начинает провисать — эпичный махыч двух разозленных фурий прерывист, аки пунктир. Перевес оказывается то на одной, то на другой стороне, но фаталити удар никто не наносит. Залихватская потасовка, где в ход идет любое оружие, от бензопилы и огнетушителя, до классических катан (которые, видимо, находятся в доме каждой уважающей себя японки), постепенно снижает градус и становится похожа на унылый бой в не очень дорогой пошаговой игре-стратегии. Побеждающая дает побежденной время выйти из нокаута и ринуться в бой с новыми силами. Очевидно, что это не героинями движет милосердие, а сценарист и постановщик размазывают сюжетное маслице по толстому куску временного хлебушка, а дабы было не совсем невкусно, сверху кидают пару кругляшков черного юмора. К развязке зритель приплывает в состоянии глубокой расслабленности, покачиваясь на медитативных волнах в позе лотоса. А сократить бы — дивная безделица бы вышла на потеху малым девкам.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ