Всепроникающая тишина

Всепроникающая тишина

У Скорсезе получилась тягучая лента. Её можно было бы назвать медитативной, если бы не прерывающие тишину крики жертв пыток и истовые молитвы. Причина этих криков и адресат этих молитв находятся в сердцевине целого клубка нарастающих по ходу повествования вопросов, ответы на которые немедленно окутываются густым паром раскалённых гейзеров или же тонут в пресловутом японском болоте, да так, что непонятно — а были ли вообще ответы. И если режиссёр их нам не даёт, то уж лучше артикулировать вопросы фильма, а не описывать найденные ответы, которые после просмотра будут у каждого свои. «Бог» здесь — этакий кубик Рубика: он многогранен и нам предоставляются возможности взглянуть на них, мы можем по разному их вращать, но одно правило сформулировано строго — бог есть, и он вездесущ в своём молчании. Как кубик Рубика собирается из любого положения граней, так и здесь бог — константа. Но какие же у бога грани?

Одна из них — и самая приземлённая, то есть к божественному, как «надчеловеческому», отношения не имеющая — насаждение веры. Самая приземлённая, но потому и самая близкая к человеческой природе, поэтому и провоцирующая на самые примитивные чувства. Христианские паломники прибывают в Японию с заведомо ложной исходной посылкой, в соответствии с которой необходимо пролить свет на «настоящую, истинную» веру местным жителям. Благородные порывы христиан встречают ожесточённое сопротивление государства с собственной многовековой культурой, историей, традициями, да и, собственно, верой, в результате чего разворачивается многолетняя кровавая забава под названием «чья религия более правильная и более мирная?». Именно в показанных нам условиях Японии, христиане предстают людьми широких взглядов, выступающих за право выбора религии. С их точки зрения, японский народ самостоятельно способен решить для себя вопрос вероисповедания и ему не нужна спущенная «сверху» протекционистская идеология в отношении государственной религии. Однако, и у христиан, и у японцев выходит всё двулично и лицемерно. Добрый христианский пастор забывает, что в покинутой им ради достижения благой цели Европе, для достижения такой же благой цели еретиков пытает собственная инквизиция, отличающая от японской, собственно, ничем. Благородные японцы в данном случае жертвы, а потому, оправдываясь учением Будды, не просто пытаются оградить население от чуждых идей иноземцев, а с максимальным цинизмом и жестокостью измываются над всеми сторонниками христианской веры. Убийства, их оправдания и их опровержения могли бы стать замкнутым кругом, но представляется возможность его разорвать, если взглянуть на другую грань бога — суть веры.

Суть веры — куда более сложная нравственная дилемма, чем истинность той или иной религии, поскольку устанавливает верующему человеку внутренние границы. Но границы эти в силу своего предмета столь эфемерны и столь неочевидны, что даже сами адепты этих границ терзаемы противоречиями. Именно борьба с такими противоречиями движет главными героями. Борьба — это поиск правильных ответов, а тот единственный, кто может подтвердить правильность или её опровергнуть, хранит молчание, чем наталкивает лишь на новые поиски, которые поднимают вопросы значения материального символизма в вере; вопросы минимально допустимой силы веры; вопросы доказательства своей веры; вопросы об основных христианских догмах всепрощения, смирения и жертвенности; вопросы о необходимости самой по себе веры.

В итоге герои — наравне со зрителем — должны определить, какие ответы наиболее правильны. Мы можем говорить о степени их корректности, так как они скорее — зыбкий компромисс. Христианский концепт, который не был упомянут в фильме, но в который можно вложить всё происходящее с героями — концепт испытаний. Как известно, испытания посылаются богом с целью проверки веры и напоминания о бессмысленности земной жизни как таковой, о чём в фильме есть недвусмысленный диалог между отцом Родригесом и пойманными христианами-японцами. Учитывая этот диалог, в тишине финальных титров каждый волен самостоятельно решить, прошли ли герои предназначенные им всевышним испытания, пронесли ли до конца крест своей веры, или уронили его по пути.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ