«Ундина» Кристиана Петцольда: «Русалочка» «берлинской школы»

Мэтр немецкого авторского кино переосмысляет миф о Русалочке. О том, как сказочные мотивы фильма сочетаются с историко-архитектурными, рассказывает Василий Корецкий.

Ундина (Паула Бер) — историк-урбанист, работающая в берлинском городском музее. В самом начале фильма ее бросает парень Иоганн (Якоб Маченц). Расстроенная Ундина идет во время обеденного перерыва в кафе рядом с музеем в надежде вдруг встретить там Иоганна, а встречает Кристофа (Франц Роговский), одного из посетителей музея, слушавшего ее лекцию об истории застройки города и немедленно влюбившегося. Сила его страсти такова, что на них тут же падает стоящий в кафе аквариум, и, лежа на мокром полу среди рыб, растений и осколков, Ундина тут же отвечает Кристофу взаимностью.

Стихия воды пришла на помощь Кристофу не случайно: он промышленный водолаз. Но однажды Кристофу зажимает ногу во время подводных работ. 13 минут без кислорода — и он превращается в водоросль с мертвым мозгом. Тогда Ундина приносит в жертву духам воды своего бывшего и навсегда исчезает. На этом внятная история в фильме заканчивается и начинаются сюжетные виражи, насколько неожиданные, настолько и непонятные. Но ясно, что все это про любовь.

В новом фильме, вдохновленном рассказом Ингеборг Бахман «Ундина уходит» (яростным и поэтическим монологом обозленной на мужчин женщины), сказками про ундин и русалок, романтическим представлением о невозможной любви, а также историей немецкой столицы, буквально построенной на воде (не только рядом с рекой, но и на болотах), и сериалом «Вавилон-Берлин», эффектно показывающим метаморфозы города на протяжении десятилетий вообще и труд промышленных водолазов в частности, Кристиан Петцольд возвращается к своим старым темам.

С одной стороны, к сказочным мотивам, вторгающимся в антураж современности. С другой — к всегда занимавшей авторов «берлинской школы» (условная группа режиссеров, учившихся у Харуна Фароки и сотрудничающих с журналом «Револьвер») темой политики повседневности, скрытой в бытовых деталях. Например, в устройстве городской среды и архитектуры.

«Ундина» Кристиана Петцольда: «Русалочка» «берлинской школы»

Эти два плана фильма совсем не пересекаются. Сложные и интересные монологи Ундины, рассказывающей посетителям музея и Кристофу о том, как те или иные политические амбиции и теории повлияли на застройку Берлина (в качестве примера она берет Городской дворец на Музейном острове — построенный как королевская резиденция, он был сильно поврежден во время Второй мировой и снесен до основания властями ГДР по политическим соображениям; его место заняла площадь Республики), существуют сами по себе, а наивная сказочная линия с разборками любовников, погружениями под воду, дивным миром странных растений и гигантских сомов, удивительными исчезновениями, смертями и воскрешениями — сама по себе.

В интервью Петцольд бормочет что-то невразумительное, приплетая к Андерсену и братьям Гримм непременный феминизм: женщины любят мужчин, а мужчины любят только самих себя; Ундина погрузилась в воды, чтобы, цитируем, «спастись от мужских проекций», и все такое. Сказка Андерсена про Русалочку, конечно, требует пересмотра в контексте равноправия (ее героиня, напомним, ради дурацкого принца отказалась от собственной идентичности — хвоста, отрастила ноги ну и сразу же утратила свой чудесный голос), но тут уже все исправила студия Disney. 

«Ундина» Кристиана Петцольда: «Русалочка» «берлинской школы»

Но, если не вдаваться в заумные интерпретации, а просто смотреть и слушать то, что происходит на экране, «Ундина» окажется совсем не плохой. Смотреть, как актер Роговский ведет сварочные работы под водой, а Паула Бер плавает в озере, ухватившись за гигантского сома, очень любопытно. А экскурсы в историю берлинской архитектуры вообще невероятно познавательны. Правда, желание режиссера соединить сухие факты городской истории с темными водами переупакованного в мелодраму немецкого романтизма вызывает у зрителей оторопь — слишком уж для разных аудиторий существуют два эти текста.

Впрочем, в контексте именно Берлинале это кино кажется более чем уместным, тем более что Петцольд тут очень любим. Это уже его шестая картина в программе фестиваля (пятая в конкурсе), и одна из них, «Барбара», даже принесла ему «Медведя» за режиссуру. Не исключено, что и «Ундина» станет одним из фаворитов жюри.

Василий Корецкий