Убойный футбол

Siu lam juk kau (2001)

Футбол, за который не стыдно

Жил на свете мастер ушу, и был он столь запредельно крут, что враги дрожали при виде его крутости, а хулиганы помельче и вовсе в обморок падали. И было у него семь братьев, по одному на каждый день недели. И вот он решил не моргнув глазом, что величие ушу нужно нести в люди, но не знал, как это сделать, не зашибив никого. И тогда снизошло на него это… футбол. Никогда ещё футбол не внушал болельщикам такой ужас… и такую любовь.

Может, когда-то и было по-другому, но сегодня ушу в кино никого не удивишь. Рядовой зритель или какая-нибудь мадама в чулочках, конечно, пожмёт плечами: мол, чего это герой мордует супротивника пяткой вывернутой из-за правого уха левой ноги, если можно приложить бутылкой? Но истинный поклонник Брюса Ли и Джеки Чана, усмехаясь в тронутые сединой усы, без труда опознает в хитроумных движениях великое шаолиньское наследие.

И правда, редкий боевик нынче обходится без восточных «премудростей». С лёгкой руки мастеров Ву-пина и Кори Юэня ногомашеством в прыжке овладели многие круглоглазые актёры западного кино. Если каких-нибудь 20-30 лет назад обычно маленький китаец показывал американским варварам, где у них там выход дракона, то сейчас что ни герой, то просто ниндзя какой-то. Никто не лупцует друг друга наотмашь, как в старых ковбойских лентах, подражая шлёпанью мухобойки по столу. Теперь супершпионы и порядочные киллеры, люди на букву Х и даже дамочки на каблуках знают, как «тигр выходит из зарослей» и другие устрашающие приёмы из шаолиньских свитков.

Виноваты в этом, конечно, не только американцы, беззастенчиво таскающие экшен-приёмы у восточных коллег, но и сами азиаты, оказавшие в начале нулевых сильнейшее влияние на жанр голливудского боевика. Кроме Джеки Чана, годами подрывающего исконно западные традиции салунных драк, были и другие талантливые постановщики. Вспомните, как Чжан Имоу и Энг Ли ввергали зрителей в трепет своими ориентальными сказками, и связь станет очевидна. Хотелось же верить, что в Поднебесной люди таки летали без помощи галюциногенов.

Был среди этих «новичков» и Стивен Чоу, избравший для разговора со зрителем путь сокрушающего кривляния и молниеносных ударов по точкам, вызывающим приступы хохота. Кто такой Стивен Чоу, людям, хоть мало-мальски знакомым с гонконгским кино, уже объяснять не нужно. Его «Разборки в стиле кунг-фу» в 2004 взорвали международный прокат, а сегодня он ставит самые прибыльные фильмы в истории китайского кинематографа. Но в 90-х этого популярного комика и гениального (без преувеличения) постановщика за пределами Китая не знали вообще. Всё изменилось в 2003, когда на американский рынок вышел «Убойный футбол».

История бывшего шаолиньского монаха и его «братьев», оказавшихся на дне социальной лестницы после смерти наставника и решивших играть в футбол, оказалась столь яркой, невероятно смешной и трогательной, что Чоу, поставивший картину и сыгравший ведущую роль, сразу оказался в топе новой азиатской волны. Причём, однозначно причислить его фильм к какому-то определённому жанру сложно. Безусловно, это комедия, и обилие уморительных сцен, полубезумных персонажей и заметный крен в сторону фарса время от времени демонстрируют явное пристрастие режиссёра к комикованию на уровне пародии. И здесь его стиль, формировавшийся годами подобных же ролей, лишь оттачивается до блеска. Но будь это очередная фарсовая комедия, разве вызывала бы она подобный шквал положительных эмоций?

Так, может, всё дело в футболе? Его, как в спортивном фильме, действительно много, и он прекрасен. Монахи вытворяют с мячом поразительные фокусы, словно допуская существование реальности, в которой антигравитация не противоречит Общей теории относительности. Но футбол — это лишь форма, сосуд, который можно наполнить каким угодно содержимым. Или это ушу делает обычный спортивный фильм необыкновенно живым, мощным как «ладонь Будды», сбивающая с ног могучего противника? Для преданного поклонника Брюса Ли, каким давно является Чоу, боевые искусства — неотделимая часть родной культуры. Но для Чоу-режиссёра драки здесь далеко не главное. Хотя он и вплетает боевые сцены в канву повествования, но делает это весьма органично, усиливая запредельные возможности героев отличными спецэффектами.

Что, если это фильм о любви? Сцены «случайных» встреч героя и тихой булочницы, скромно владеющей магией тай-цзи, пронизывают историю красной шёлковой нитью. Или он об истинном предназначении человека, который способен выдержать удары судьбы, а затем встать и навалять ей «лапой тигра». Или он о дружбе, что крепче посоха Сунь Укуна. Зритель волен сам выбирать, какая из тем ему ближе. Чего он не вправе сделать, так это пропустить один из самых впечатляющих, смешных и искренних творений азиатского кинематографа. Ибо оно ну просто ващеее!

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ