Проклятая книга

(1990)

Ингредиенты не смешались

Экранизация классического рассказа о патере Брауне — одного из тех текстов, с которых обычно и начинается знакомство с этим бессмертным персонажем. Здравый смысл — против измышлений с претензией на мистичность и романтизм, знание людей — важнейшее дополнение к учету материальных улик, не агрессивный, но четко прописанный, логично увязанный с сюжетом этический посыл: всё характерное для брауновского цикла сконцентрировано в сюжете о «прОклятой книге».

Основной смысл честертоновского сюжета передан адекватно. Считаю правильным, что для его воплощения выбрана именно форма мультфильма. Едва ли здесь найдется кто-нибудь не читавший литературную основу, но всё же не хочу спойлерить, поэтому выражусь так. Интрига рассказа создается тем фактом, что мы не видим происходящее своими глазами, а только читаем изложение впечатлений и переживаний профессора Опеншоу; если это отснять и показать зрителю с нормальным зрением, чуть более внимательному, чем профессор, то он, по идее, сразу уловит подвох; но загадку до поры до времени отчасти спасает условность и стилизованность кукол, вылепленных нарочито грубо.

Слабая сторона мультфильма состоит для меня в неоднородности эмоциональной атмосферы. Общий фон — унылые холодные тона видеоряда и разлитый в воздухе дух деградации, предощущение катастрофы — войны. Это не из книги, а скорее из того времени, когда создавалась экранизация, и всё же я готова признать за режиссером право на авторскую трактовку. Примем это как данность. Но зачем сверх того привносить — опять же не из текста — моменты натужного фарса? (Подчеркнутая английскость — вкрапление английских слов в беседе; чисто мультяшная ловушка в квартире доктора Ханки; совершенно фантасмагорическая мораль в финале — якобы профессор мог не заметить, что вся страна вокруг него готовится к войне.)

Конечно, умом я понимаю, для чего было сделано перечисленное. Режиссер, очевидно, хотел сказать, что, дескать, мы тут с вами заигрались в искусство, в псевдоиностранный театр кукол, между тем как надо выглянуть за окно и ужаснуться, куда катится страна. Эта идея отличается от той, которую заложил автор в рассказе, но по крайней мере не вступает с ней в диссонанс.

Моя претензия заключается в том, что на эмоциональном уровне фарс и общее уныние, чужеродные для Г. К. Честертона, остались еще более чужеродны друг для друга, не дали в смеси чего-то цельного и связного. И эта претензия достаточно серьезна, так как именно из-за нее я не вижу, кому может быть адресован мультфильм. Отдельные эпизоды — детям школьного возраста, другие фрагменты — взрослым, которые в данный момент хотят порассуждать о серьезных вопросах, третьи кусочки — взрослым, решившим вспомнить детство, а всё вместе — никому конкретно (и даже не пресловутой «широкой аудитории»). Значит, по сути не состоялось художественное произведение — связное высказывание, которое всегда обращено к кому-то.

Должна сказать, что «Проклятую книгу» я посмотрела наряду с другими экранизациями, на некоторое время проникшись интересом к циклу об отце Брауне и различным его интерпретациям. О просмотре не жалею и даже могу рекомендовать эту ленту тем, кто увлекся так же, как я в тот момент. Но возвращаться к ней, скорее всего, не буду.

4 из 10

Источник.