Приходите в мой дом, мои двери открыты.

Приходите в мой дом, мои двери открыты.

Интернет уже больше года вязнет в комментариях, где есть слова «библейские» и «отсылки». Их пихают везде, даже без привязки к персоне Зака Снайдера, породившего эту шутку. «мама!» Даррена Аронофски являет собой отражение этой фразы, но погодите расстраиваться. Несмотря на контекст, все подается без заумностей и официоза, благодаря чему заострять внимание на этом совсем не хочется.

Аронофски часто обвиняют в том, что он ребячески относится к религии, за счет которой он пытается сойти за интеллектуала. Парадокс в том, что сняв чуть ли не самый религиозный фильм в карьере, в нем все достаточно прямолинеен. За счет обилия крупных планов и камеры, следующей за актерами по пятам, Аронофски демонстрационно нарушает личное пространство своих героев, и сосредотачивается на их истории. У этой истории есть завязка, конфликт, и развязка, логичная, но удивляющая своей дикостью. Это интригующий рассказ, без нравоучений и надменности, где самой слабой его частью являются исполнители.

Растерянная героиня Лоуренс, сомневающаяся в том, в какой цвет красить стены, на протяжении всего фильма отказывается бороться: с гостями, в лице отстраненного Эда Харриса и обжигающей Пфайффер; со своим пошатанным здоровьем, и происходящим в целом. Она будто кайфует от этого дурдома, но работа её слишком простенькая, чтобы прочувствовать это. Её экранный муженек и вовсе забывает о том, что у него дома стоит Оскар, шмаляет мимо образа, а сил ему хватает лишь на пластмассовую улыбку. И если актерские перфомансы самая слабая часть фильма, то «на главную» надо выносить историю «мамы!».

Сложно анализировать этот момент, и не засветить сюжет и авторские метафоры. Поэтому отойду в сторону, и расскажу про другую идею, которой нашлось место в этой «вакханалии» — идею творчества, и его влияния на творца.

По сюжету герой Бардема некогда известный поэт, у которого творческая импотенция. Одно событие резко меняет положение дел, и он как ужаленный начинает писать. Муза вернулась, тиражи появились. Однако, с каждым днем Бардем все больше начинает смешать акценты в своей голове. Дальнейшие события отражают то, что творчество способно не только подарить что-то, но и это что-то забрать. Достичь баланса, способного удовлетворить и твою семью, и твоего читателя сложно, но необходимо. Человек — личность многогранная, а значит умеет сочетать, просто не знает что с чем. А Аронофски же, раскрывая все карты ближе к финалу, пунктиром очерчивает что будет, если сочетать творчество и семью не получится.

По сути, фильм Аронофски тоже можно назвать многогранным. Он сочетающее в себе сексуальный саспенс из триллеров, детективный интерес к происходящему, драматизм, и детскую философию о мире. И может делается это для подтверждения, что искусство неизмеримо и абстрактно, или может ради религии, и её веса в современном мире, а может это и вовсе острое социальное заявление для общества. Ответить на этот вопрос никто не сможет. Здесь уже вы сами должны сходить и посмотреть. Не исключено, что многим фильм покажется прозаичным действом, но после него нечто отложится в голове, вытеснив ненужное. А значит где-то на одну «библейскую отсылку» в комментариях станет меньше.

9 из 10

Источник