«…оно сживет меня со света…»

«…оно сживет меня со света…»

Мы его ждали, и вот оно пришло. «Лето» — кино для тех, кому в глаза бьет электрический свет ночи, для тех, кто когда-то был битником и для тех, кто просто любит хорошую музыку.

Новый фильм Кирилла Серебренникова из числа тех, что следует воспринимать сразу в нескольких контекстах. Нет, далеко не из-за событий, окружавших съемку и монтаж, просто «Лето» — картина авторская, индивидуальность ее режиссера здесь проявляется во всем, начиная от способа подачи истории, и заканчивая анимированными вставками во время музыкальных номеров. Но так же картина и об эпохе, и о людях, эту эпоху формировавших: именно в контексте переплетения мысли автора и реальных прототипов его героев и будет правильным оценивать кино Серебренникова.

Историей знакомства Цоя с Михаилом Науменко и Натальей Науменко фильм не исчерпывается. Рассказывая об эволюции их отношений, он постоянно беседует со зрителем: через диалоги, титры с переводом иностранных текстов, через Скептика — героя, ломающего четвертую стену и обращающегося напрямую к нам. Картина все время о чем-то рассуждает, призывая зрителя к тому же. Рассуждает и поет.

«Лето» — мюзикл. Одно это обстоятельство может отпугнуть серьезного зрителя. Но не пугайтесь, если вдруг посреди начнется музыкальное представление: все в порядке, так и задумано. Песни здесь выражают эмоциональное состояние героев, развивают их характеры, даже двигают сюжет. Музыкальные номера можно спокойно вырезать в виде отдельных клипов: даже вне контекста каждый из них прекрасен. Глядя на то, с какой искренностью Роман Билык исполняет песни Науменко, понимаешь, что человек всю жизнь занимался чем-то не тем.

«Лето» — так же произведение постмодернизма, и относиться к нему нужно соответственно. Самой большой ошибкой зрителя было бы воспринимать фильм на уровне фабулы. В нем мало событий, но много рассуждений, образов и типажей. Герои сыплют цитатами, отсылками к событиям и персоналиям. Каждый диалог, словно мазок, которым художник пишет портрет своего натурщика, и одновременно обращение к зрителю. Добрая часть действия происходит во внутреннем мире то ли героев, то ли Скептика, то ли самого автора.

Цой и Науменко здесь скорее образы, а не детальные портреты, и не удивительно, что кто-то, как Гребенщиков, может воспринимать их иначе: с глубокими людьми так всегда. История о Майке и Викторе — рассказ об учителе и учение, о взглядах на творчество, о разных плоскостях человеческих отношений. В этих образах заложен такой потенциал, с которым фильм не справляется.

Картина хочет быть одновременно и новеллой о художнике, и мелодрамой, и данью памяти той культуре, и рассуждением о русском роке, и авторским высказыванием. Несколько тем, но ни одна не раскрывается в полной мере, несколько конфликтов, но ни один не разрешается окончательно. В какой-то момент «Лето», длящееся чуть больше двух часов, становится затянутым: фильм переживает несколько эмоциональных кульминаций, но не заканчивается, словно автор и сам не знал, каким сделать финал, какую сюжетную линию выделить среди прочих. В результате концовка максимально нейтральна: она не ставит ни один конфликт на место основного.

Серебренникову удалось прекрасно срежиссировать картину, однако команда сценаристов со своей работой справилась не блестяще: неплохо, даже хорошо, но не более. Если убрать из фильма прекрасные музыкальные номера, то окажется, что событий в картине хватает только на завязку большой истории — это, впрочем, типичная проблема мюзиклов. Для людей, знакомых с жизненным путем Цоя и Науменко завязка тоже представляет самоценность, как первый мазок на огромном полотне, содержание которого легко дорисует сознание любителя рока. Для остальных… Вне контекста воспринимать фильм будет тяжелее.

Забавно, что картина про самого популярного российского рок-музыканта проходит в кинотеатрах без ажиотажа. Ни что не вечно: даже граффити в подворотнях исчезают вместе с облезающей штукатуркой. «Лето» берет на себя еще одну роль — роль напоминания о событиях, которые нужно помнить, чтобы понимать современную российскую культуру. С ролью своей справляется, и это важнее, чем отсутствие центрального конфликта и спорная трактовка реальных событий. Быть может (чем ни наивная мечта?), на таких фильмах и музыке, которую они несут в массы, вырастет новое поколение нестандартных российский музыкантов. Нужно же, что кто-то подал им пример.

Источник