Он снова здесь

Er ist wieder da (2015)

Иногда они возвращаются

Добротная социальная сатира — нечастый гость на киноэкране. Чтобы вкусно снять такое кино, нужно: а) иметь здоровое чувство юмора; б) обладать критическим складом ума; в) хорошо разбираться в процессах, которые собираешься препарировать скальпелем сатиры. В противном случае сатирический накал уйдёт в свисток банального стёба. Сатирическая трагикомедия «Он снова здесь» немецкого режиссёра Давида Внендта — фантазия на тему, что было бы, если бы Гитлер ожил и вернулся в сегодняшнюю Германию — работа человека, безусловно, остроумного и хорошо разбирающегося в вопросе.

Для Внендта это не первое обращение к теме нацизма: в 2011 году он довольно успешно стартовал в полном метре драмой «Экстремистки. Combat Girls» о немке, воспитанной в нацистском духе, но встретившейся с афганским беженцем и усомнившейся в доктрине нацистов. Отработав тему в драматическом ключе, через три года Внендт решил рассмотреть её под иным углом.

Его новая картина начинается с того, что на заброшенном берлинском пустыре мистическим образом возвращается к жизни Адольф Гитлер. Он растерян и обескуражен, но случай сводит его с Фабианом Завацки — лузером, безуспешно пытающимся продать на ТВ свои ролики. Вместе они решают отправиться в путешествие по современной Германии, в ходе которого Гитлер будет под запись беседовать с обычными людьми «на актуальные и щекотливые темы».

Думая, что дальше его ждёт череда типичных эксплуатационных гэгов, свойственных комедиям о путанице эпох, зритель набирает в жменю побольше попкорна — да не тут-то было! Авторы фильма делают финт ушами и переходят от постановочной съёмки к репортажной. Мы видим в кадре реальных немцев, жалующихся на жизнь, на маленькую зарплату, на безработицу, на политиков, набивающих собственные карманы, на засилие мигрантов.

Последнее особенно волнует немцев. Они убеждены, что «все эти бородатые сомнительные личности» должны быть выброшены из страны. Жалуются на то, что «иностранные дети — просто наказание». Рассуждают о том, что у мигрантов, приезжающих в Германию из Африки, IQ не выше 40-50, в то время, как у коренных немцев он превышает 80, поэтому, чем больше мигрантов прибывает, тем сильнее понижается общий IQ нации. Предлагают создать «трудовые лагеря». Заявляют о готовности поддержать вернувшегося фюрера.

Всё это, конечно, выглядит смешно, ибо снято мастерски, но смех этот даже не сквозь слёзы, а сквозь оторопь. В кадре то и дело мелькают немцы, вскидывающие руки в нацистском приветствии, и, глядя на них, ты понимаешь: появись завтра у этих людей ещё одна возможность проголосовать за Гитлера — они и впрямь за него проголосуют.

Но самое удивительно, что время от времени ты и себя ловишь на мысли: по некоторым пунктам вполне можно согласиться с тем, что говорит на экране персонаж Оливера Мазуччи. Чего стоит один его спич о современном телевидении: «Что это за чушь? Почему показывают передачу про готовку еды? В мире что, нет вещей интереснее этого?»

Выходит, Гитлер прав? К счастью, нет. Это логическая ошибка, когнитивная иллюзия. Одно дело обозначить проблему, другое дело — решить её. Не всякий человек, верно обозначивший проблему, способен предложить адекватный способ её решения. О том, что проблемы есть, никто не спорит — жизнь многогранна и сложна, и было бы странно, если бы в ней не было проблем. Но в том и отличие цивилизованного понимания реальности от тоталитарного, что диктаторы всех времен и народов, включая Гитлера, всегда предлагали — и предлагают — простые пути решения всех проблем. А народные массы, увы, выбирая между простым и сложным, отдают предпочтение простому. Хотя простота, как известно, нередко хуже воровства.

«В 1933 году народ не был одурачен пропагандой, — напоминает с экрана Гитлер. — Он избрал фюрера, который ясно излагал свои планы. Если ты осуждаешь монстра, значит, ты должен осуждать и тех, кто избрал этого монстра. Были ли они монстрами? Они были обычными людьми. Почему люди следуют за мной? Потому что в глубине души они такие же, как я». И что ты на это возразишь?

Лента Внендта, в том числе и о том, что за полвека, по большому счёту, мало, что изменилось в умах людей, и при определённых обстоятельствах история может совершить трагический флешбэк. «Если настоящий Гитлер вернётся назад, история повторится?» — устами персонажей спрашивают под занавес авторы фильма — и вопрос повисает в воздухе.

Но только ли Германии следует опасаться флешбэков своей истории?

10 из 10

Источник