О, Боже!

Aiyyaa (2012)

Причудливый аромат

Минакши (Рани Мукхерджи) будучи уже не юной девушкой всё ещё ждала своего прекрасного суженного. Он не обязательно должен был быть фантастически богатым принцем. Но обязан был обладать телом роденовского Мыслителя, лицом прекрасного тамила и внутренним миром полным переживаний и страстей. Только вот что делать с сумасшедшей семейкой, у которой свои планы относительно будущего супружества дочери?

Вообще домочадцы Минакши — это пародия на образ жизни и стереотипы среднего класса индийского общества. В каждом из них тот или иной типичный недостаток доведён до максимально гротеска, граничащего с полным абсурдом. Ещё забавнее в этом плане Мина — коллега героини по работе в колледже — карикатурное отображение безвкусного следования западной моде на узкую одежду при выдающейся полноте и полном отсутствии внешних данных. Её повадки смахивают на обезьяньи, а фанатичное увлечение звездой Болливуда Джоном Абрахамом похоже на безумие. Мусорный бак перед входом в дом Минакши, источающий чудовищный смрад — символ косного «загнивающего мировоззрения». Из-за искажённого стереотипами восприятия многие культурные обычаи, имеющие многовековую историю, превратились в пародию на самих себя. На фоне этой гротескной реальности сама Минакши вместе со своими кинозакидонами, причудливыми любовными фантазиями и необычайно обострённым обонянием выглядит наиболее адекватной. Окружающую ущербную действительность она отвергает, постоянно витает в облаках, сбегая в собственный солнечный и наполненный дивными ароматами мир грёз.

Но однажды личная вселенная запахов Минакши соприкоснулась с чужой вселенной красок. Эта встреча стала для неё роковой. Ведь краски тоже обладают своим запахом. А благоухание при умении и буйном воображении можно изобразить в цвете. Объединив в себе оба эти мира, девушка смогла бы найти место в реальной действительности. Но насколько трудна подобная задача в среде среднестатистических обывателей провинциального индийского городка! Жизнь каждой дочери порядочного семейства здесь расписана от рождения до самой смерти. Её судьбу вершат вначале родители, а потом избранный ими супруг. Никому нет дела до того, что у бедняжки на сердце. Такие вещи непринято принимать во внимание, женский удел — всю жизнь плясать под чужую дудку. Необходимо непросто горячее желание, но сильная воля и мужество, чтобы противостоять этой инертной социальной системе с переполненными зловонными мусорными баками у порогов.

Временами грубовато и бесшабашно дурашливо, а местами мило до мурашек и щемящей нежности показывается внутренний микрокосмос героини и её путь к личному счастью. Она пробирается по нём украдкой, буквально идя на запах. Обоняние ведёт её сквозь отражение в зеркалах, мимо растворённых в воде красок, через опасный район красных фонарей, сквозь слухи, сплетни и чужие домыслы. Она бредёт узкими улочками, тёмными подворотнями, заглядывает в чужие дома, стремясь туда, где запахи и краски смогут говорить на одном языке, а запретные априори для порядочных индийских девушек эротические грёзы смогут найти форму доступного выражения. Сексуальная проблематика является персоной нон-грата в индийском кинематографе, особенно когда речь идёт о женских эротических фантазиях. И очень рискованный ход, поведать о них в такой неоднозначной странной истории. Но рассказ вышел без откровенных сцен, зато с юмором и чувственностью, задействовавшей все наработанные за столетие в кинематографе на хинди средства музыкального, танцевального и символического выражения.

Сочетание элементов западной арт-хаусности с особенностями индийской масалы дало коктейль с очень специфическим вкусом. А всё слишком своеобразное зачастую отторгается консервативным индийским зрителем. И всё же есть надежда, что со временем критика и теория кинематографа смогут по достоинству оценить причудливый аромат этого фильма, отражённый в ярких красках, жизнерадостных мелодиях и зажигательных танцах.

Источник