Не дай вам Бог встать у нас на пути…

Не дай вам Бог встать у нас на пути…

Ну что, отзыв на фильм, завершающий киносериал про бравые (ну, не очень) похождения Гоголя на Диканьке, логичнее всего начинать с Гоголя. Пусть каких-то откровений от сюжетной линии самого Николая Васильевича, конечно же, ждать не строит. После всех злоключений он вернётся в Питер, впадёт в хандру и запой, возьмёт себя в руки, напишет, наконец, «Вечера на хуторе близ Диканьки» и станет набирающим популярность автором. «Чем больше страданий, тем лучше писатель», — все честно, все как Яков Петрович обещал. Так что дерзкий эксперимент (и ядреную задумку, и идею с прокатом сериала в кино) можно считать успешным. Моралисты, не разумеющие, что значит «НЕ байопик», и учителя литературы могут спать спокойно: образ Николая Васильевича никакими вопиющими деяниями не посрамлён, зато интерес к его личности, а заодно к другим историческим персонажам, чьи имена всплывают ближе к финалу, гарантирован. Конечно, почти не выходящий из припадков Саша Петров на экране, не каждому по вкусу, но в «Страшной мести» есть то, (самое ценное), что это с лихвой компенсирует. И это не история Всадника, хотя и она получилась очень складной и насколько это возможно — непредсказуемой. И даже не яркая россыпь чудесных персонажей второго плана, которая радует нас уже третий фильм (если начать писать про каждого по отдельности, увы, не избежать довольно обидных спойлеров).

По-настоящему завораживающее в «Страшной мести» — это виртуозное соло двух первых скрипок: Олега Меньшикова и Евгения Стычкина, ювелирно создающих удивительно грамотный баланс комичного и трагичного. Да-да, вернувшийся, наконец, из загадочного подполья, Яков Петрович Гуро отвечает здесь за эдакую высокую комедию. Нет, персонаж этот вовсе не пародиен и не смешон, но настолько очаровательно и беспощадно ехиден, что какая бы драма не разворачивалась на экране, каждая его реплика, произнесённая такими ироничными Меньшиковскими интонациями, что ни один эпитет не передаст, вызывает улыбку до ушей. А каждый его монолог превращается в совершенно кайфовый моноспектакль, как для зрителя, так и для самого персонажа. Он бесстрашен, безжалостен, исключительно хитроумен, ловок, жизнерадостен (нет, серьёзно), до умиления самовлюблён, преступно обаятелен и, черт возьми, девочки, сумасшедше хорош собой. Если продюсеры после успеха «Страшной мести» не решат посвятить его службе на благо… Отечества отдельный фильм, это будет самая глупая из возможных ошибок. Простите, увлеклась.

Александр Христофорович Бинх, напротив, переживает здесь глубокую драму. Драму человека, слишком, наверное, правильного для мест и обстоятельств, в которых он волею судьбы оказался. «У меня нет сердца, на мне нет креста, и я виноват в смерти девушек. Не удивлюсь, если меня громом убьёт» — бросает он, скрывая под маской холодного раздражения душевную боль, чувство вины и раздирающие его сомнения. Он совершает порой большие глупости (за что потом жестоко расплачивается) просто потому, что слишком тяжкий груз в виде всей этой истории со Всадником свалился на плечи не оловянного все же солдатика, а живого человека, крайне рационального, к тому же, потому неспособного поверить в мистическую природу происходящего. Но в любой ситуации остаётся человеком, для которого на первом месте стоят понятия долга и чести.

Ну и вот это контрастное сосуществование в фильме двух настолько по-разному привлекательных персонажей несёт в себе такой заряд зрительского удовольствия, что хочется петь оды фильму на каждом углу и приподзакрыть глаза на то, на что их можно было бы приподоткрыть. Короче, 10 из 10, всем советую! Что там, говорите, насчёт спин-оффов?

10 из 10

Источник