Назад в Нарнию.

Я не ем животных. Никаких. Тех, что ходили, прыгали и бегали, прежде чем стать блюдом на вашем столе. Тех, что ползали летали или плавали тоже. На этом соображения кармического долга и космической этики заканчиваются; врать, что люблю животных, не стану. Не люблю. Забочусь о тех, которых приютила, поддавшись жалости и стада мои тучны, но сантиментов не испытываю.

Есть другие люди. Те, что занимаются волонтерской деятельностью в приютах для бездомных животных. Те, которые подкармливают уличных кошек и псов. Таким земной поклон. Искренне — им доступен вид любви, какой для меня тайна за семью печатями, а значит они более совершенные твари Божьи, чем я. Ньют Саламандер из таких.

Несколько дней назад сетовала, что вселенная, созданная Джоанн Роулинг не может стать прибежищем для мальчиков и девочек моего поколения. Ошибалась и рада тому. «Фантастические твари» сделали две вещи одновременно: имперсонифицировали мир магов и волшебников, отвязали в восприятии массового зрителя от Гарри и его друзей, тем расширив портал — Скажи «Друг» и входи.

И подарили дивную версию «Нарнии», более нарнийскую по духу, чем весь цикл одноименных фильмов. Ибо что есть чемодан Ньюта, как не платяной шкаф? Там даже на фонарных столбах как-то ненавязчиво, но ощутимо сакцентированно внимание. Не думаю, что осознанно, но имеющий глаза, увидит.

Все отлично и фильм чудо, как хорош. Оставшись совершенно в духе поттерианы, вобрал в себя лучшее из наших кинопредставлений о ревущих 20-х в Америке (которые сильно разнятся с реальными представлениями, книжными представлениями и, уж тем более, реальностью): от «Однажды в Америке» до «Великого Гэтсби» и «Чикаго».

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ