Наедине с собой

«Если бы я мог оседлать ветер и отправиться на нем куда подальше…»

Мы все переживали подобное, когда в юношеском возрасте хотелось бунтовать против общества и доказывать что-то свое. Прогуливать иногда школу, кататься на велосипеде, есть шоколадные конфеты и сидеть на берегу реки, думая о всяких мелочах. Возможно, что именно сейчас это вспоминается с легким налетом ностальгии и удовольствия, так как все те подростковые мечты и ожидания сложились во взрослой жизни совсем не так, как нам того бы хотелось. Просто однажды начинаешь понимать, как устроена жизнь, но нам уже невдомек осознать, что момент юности и безмятежного детства далеко в прошлом, а впереди нас ожидает неизвестное завтра.

Дебют известного режиссера Ридли Скотта тем и хорош, что он позволяет вновь пережить эти полузабытые деньки и погрузиться в них на минутку-другую. Его первое кино, а оно было снято в далеком 1965-ом году, еще когда будущий автор «Чужого» и «Гладиатора» учился в колледже искусств, дает небольшое ощущение свободы и безмятежности. Ведь все мы, как и главный герой этого фильма, переживали нечто похожее, когда лезли в чужие, либо совсем заброшенные постройки, летели на встречу новому дню и не хотели вылезать из-под одеяла, чтобы затем идти и учиться. Да уж, это называется памятью, и в юности этого как раз не осознаешь. Ты просто живешь без оглядки назад и думаешь, что впереди у тебя будет все, о чем ты пожелаешь, даже о собственного ветре или о чем-то подобном.

Приятно смотреть этот короткий метр, потому что он легок и незатейлив, в нем есть идея, смысл и, главное, подтекст. Даже в таком получасовом кино чувствуется рука будущего мастера, хотя в некоторых моментах короткометражка слегка скучновата, но это личное дело каждого и в принципе такую мелочь можно списать на неопытность автора. Ведь, по сути, перед нами неплохая зарисовка о молодости и её монологе о жизни, о смерти, обо всем вокруг. И это неспроста, ведь то тут, то там возникают трубы крематория, а потом свет яркого солнца сменяет мрачные оттенки города, заливая своими лучами безлюдный пляж, покрытый каким-то мусором и корягами. Можно провести аналогии, сказать, что это жест в сторону нашей реальности, мол, у людей все так и есть. Черное сменяет белое, а белое черное.

Музыка ласкает слух, виды старого пригорода интересны для взгляда и восприятия, а на юного Тони Скотта, играющего в «Парне и велосипеде» главную роль, очень тяжело смотреть, так как этого мэтра уже нет среди живых и как-то тревожно и холодно звучат его слова о старухе с косой. Он боится её настолько, что даже не может спать от этого, но это было слишком давно. О чем же все-таки думал младший брат Ридли, когда решил покончить с собой и кинулся с моста, навстречу верной гибели? Ответа мы уже никогда не узнаем, но если все это прогнать через призму печальных событий, то сразу же становится как-то неуютно и до жути страшно. Хороший был режиссер, теперь он остался жить для нас только на экране.

Да, есть тут и грусть, и радость, и печаль, и улыбка. Знал ли об этом сам Ридли, когда делал свои первые шаги в сфере кино, понимал ли, к чему это его приведет? Мне кажется, что отчасти он этого и добивался, страстно желал, пытался быть услышанным. Что же, его юношеский манифест был понят и вскоре после обучения в колледже его заметили, исход же его карьеры всем нам давно известен. Он подарил нам массу хороших фильмов, какие-то из них даже стали шедеврами киноиндустрии. А ведь все так скромно начиналось, всего лишь с одного велосипеда, пары прогуленных уроков, набатов церквей и рассуждений его младшего брата. Сейчас можно по-разному относится к его персоне, мол, старина Скотт уже давно не тот. Но давайте подумаем здраво, ведь он столько нам дал и показал в свое время. Неужели это не умаляет его промахов за последние годы? Все мы ошибаемся, кстати, об этом тоже говорится в этой картине, когда мальчишка залез в чужой дом. Тут уж, как говорится, куда повернешь, куда повернешь…

7 из 10

Источник