Коммуна

Kollektivet (2016)

Отчаяние Томаса Винтерберга

«Коммуна — идейная община совместно живущих людей, имеющих общие интересы, собственность, ресурсы. Основные принципы: большая значимость группы, а не нуклеарной семьи; совместные деньги и расходы; коллективное домовладение; групповое принятие решений — в целом и в личных делах. Члены коммуны чувствуют большую душевную близость ко всей группе» — Википедия.

Почему же в голову главной героини Анны (Трине Дюрхольм), счастливо живущей в браке с Эриком (Ульрих Томсен), имея очаровательную дочушку Фрею (Марта Софи Вольстром Хансен), пришла мысль создать коммуну в опустевшем после смерти отца Эрика роскошном особняке? Ей захотелось перемен, которые не заставили себя ждать.

Девять людей проходят «собеседование» и становятся частью одной большой «семьи». В условиях коммуны супруги все больше отдаляются друг от друга. Анна увлечена новым окружением, а Эрику приходится утешать себя другими способами.

Коммуна есть хаос, где маленькой ячейке общества выжить не удается. Новоиспеченные члены «семьи» в итоге представляют собой не более чем нахлебников, живущих за чужой счет и не проявляющих искренней заботы к проблемам других. Они лишь создают видимость дружной обители, где устраиваются регулярные собрания и задаются дежурные вопросы о настроении.

Среди абсолютной деструкции разворачивается трагедия маленького человека. Анна разбита, подавлена, она увядает, перестает чувствовать себя женщиной. Стремясь к интересной и разнообразной жизни, она сама же спровоцировала развал семьи. Раскрепощенная и мудрая женщина, ничего кроме жалости в финале картины не вызывает. Она уходит в небытие, как и древнейшие ценности, изжившие себя в современном мире. И уходит не одна.

Любовь исчезает из нашего мира, и тех, кто не может жить без нее, выгоняют. Их отпускают легко, как и покойного хозяина дома в начале картины. На сочувствующие слова герои с улыбкой на лице отвечают: «Ничего страшного». Также хладнокровно герои прощаются с идеалом любви, который отец, мать и дочь как бы поминают за обеденным столом при зажженных свечах в безмолвии.

Хаос. Деструкция. Люди не слышат друг друга. Тотальное равнодушие. В памяти всплывает первая сцена фильма, где семья устраивает эксперимент: услышат ли они свист друг друга, если жена и дочь будут на чердаке, а муж в подвале? Условием являются закрытые двери, но они мухлюют, открывая их, и поэтому слышат друг друга. По ходу действия все двери между членами настоящей семьи медленно и болезненно закрываются и слышать один одного становится невозможным.

Режиссер Томас Винтерберг снял фильм-плач: плач по романтичной идеальной любви, плач по традиционной прочной семье, плач по доверительным альтруистичным отношениям между людьми. Набравшись мужества, осознать и принять — подобный путь представляется единственным способом для дальнейшего существования. Отчаяние Томаса Винтерберга.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ