И это был ваш план?

И это был ваш план?

Режиссер Джордан Пил известен прежде всего хоррором Прочь 2017 года, в котором он довольно успешно высказался на социально значимую в США тему. В своем следующем фильме Мы Пил хотел продолжить работу в том же направлении. «Мы — американцы», — произносит один из персонажей фильма. Именно эту мысль автор делает главной, в чем, собственно, он сам и признается в своем интервью. Но смог ли он реализовать заложенные в фильм идеи?

Легенда о доппельгангере (существе, способном полностью или почти полностью копировать облик и поведение человека) довольно часто используется в литературе и кинематографе. Однако обычно авторы воспринимают легенду несколько более завуалировано. Из литературных произведений легче всего вспомнить Странную историю доктора Джекила и мистера Хайда Роберта Стивенсона, Вильяма Вильсона Эдгара Алана По, Странный случай Чарльза Декстера Варда Говарда Лавкрафта, из кинофильмов — Нечто Карпентера и… просто любой фильм о зомби. Джордан Пил же решил пойти своим путем.

Одна маленькая девочка зачем-то пошла одна гулять по пляжу ночью. Девочке этого было недостаточно, потому она вошла в зеркальный лабиринт страха, где благополучно заблудилась. После чего малышка повстречала там своего двойника… Спустя много лет в эти же самые места приезжает уже повзрослевшая девушка вместе со своими детьми. Она никому так и не рассказала, что произошло в том лабиринте. Не рассказала всей правды. Одной ночью к дому, где жила повзрослевшая девочка, подошли четыре человека, до странности напоминающие тех, кто уже жил в этом доме. Оказалось, пришедшие тоже хотят здесь жить.

Первая половина фильма берет лучшее от Забавных игр Михаэля Ханеке и Незнакомцев Брайана Бертино. Нас постепенно знакомят с героями, обычными людьми со своими слабостями, способностями и желаниями. Однако наступает ночь, в дом вламываются незнакомцы, но что страшнее всего — они выглядят абсолютными копиями живущих здесь людей, а потому зритель вместе с персонажами не знает, чего они хотят и чего можно ожидать от этих существ.

Вот только идет время, и фильм внезапно и кардинально меняет вектор повествования. Теперь это уже не «Забавные игры», это «Ночь живых мертвецов». Скажите, вот вы представляете, как могут в одной плоскости существовать эти два фильма. Автор рецензии видит это очень расплывчато, как, видимо, и режиссер. Лучшим решением, по мнению Джордана Пила, стала смена парадигмы всего сторителлинга: вместо неторопливого повествования с приближением неизбежного исхода — махание битой, вместо нескольких проработанных персонажей — добавление совершенно лишних героев, все равно не остающихся в памяти, вместо какого-то логического обоснования (или его отсутствия, в некоторых случаях лучше даже не пытаться что-то объяснить) — бессвязный рассказ о создании копий людей (Как? Кем?) для управления оригиналами (!!!). Право, зачем нужно был так все усложнять? К тому же, после такой хирургической операции получившийся монстр просто-напросто нежизнеспособен.

Странный фильм. Нет четкой структуры. Есть заимствование многих идей из других хорроров. Нет законченного финала. Есть хорошая идея. Нет ответов. Есть множество вопросов.

6,5 из 10

Источник