Громче, чем бомбы

Louder Than Bombs (2015)

Красота банального

В рамках парадигмы о том, что из произведений искусства каждый человек волен извлекать что-то особенное для него самого, сам я извлек из «Громче, чем бомбы» освежающее напоминание о строгой формулярности современного мейнстрима в кино. Хотя будто это когда-то было иначе.

Фильм норвежца Триера своим ядром противоречит всем законам голливудского кино, всеми силами настроенного на привлечение как можно более широкой публики. События рассказываются нелинейно, сюжета в привычном смысле не имеется, ни один персонаж не вызывает яркой симпатии; более того — каждые 10-15 минут на зрителя выкидывается очередная неприятная подробность.

И даже главный (судя исключительно по выделенному хронометражу) герой, 16-17 летний подросток, который сторонится сверстников и увлекается видеоиграми — казалось бы, вот уж персонаж заезженнее некуда. Но, к счастью, написан персонаж Конрада с достаточной любовью, чтобы не оставить его лишь замкнутым обозленным ребенком; а молодой актер Друид очень убедительно разыгрывает свой вполне взрослый внутренний конфликт, который разрешается очень незаметно, сдержанно, хоть может и не достаточно удовлетворяще — фильму, и особенно арке Конрада, не хватает точки пожирнее.

Но вся эта разящая разница с более очевидным построением повествования идет фильму исключительно на пользу и все элементы гармонично пополняют друг друга. Несмотря на отстутсвие сюжетных поворотов, Триеру удается сохранить интригу до конца — за счет нелинейности подачи зритель, вместе с Конрадом, держится в неведении о судьбе персонажа матери (Юппер). Больше того, смотрящему вообще ни в один момент прямо об этом не рассказывают, заставляя цепляться за мелочи в игре актеров и силуэты на фотографиях в поисках ответа. Весь фокус и внимание в итоге остается на трех мужских персонажах — и они оказываются действительно интересными людьми, по-своему, конечно. Отец (Бирн), старший брат (Айзенберг) и уже упомянутый Конрад — герои достаточно сложные, чтобы на их аккуратное раскрытие ушел практически весь хронометраж. И хоть и все действо развивается вокруг смерти матери, ее личная трагедия на удивление занимает меньше всего внимания режиссера — хоть «разрыв между семьей и работой фотографом в горячих точках, оканчиваемый, возможно, суицидом» звучит гораздо сильнее любой возможной проблемы ее сына-школьника, Изабель выступает лишь как катализатор остальных событий. И в этом есть свой смысл, ведь так или иначе она уже поменять ничего не может, и мир мертвых с высоты жизненного полета нас интересовать не должен.

А остается только разбираться с принятием ухода любимых, воспитанием детей, построением семьи, грубым меркантильным миром старшей школы. В таких простых, как пять копеек, вещах Триер и видит красоту существования, красоту персонажей и красоту кино. Склонен согласиться.

9 из 10

Источник