Это же вам не лезгинка…

Это же вам не лезгинка…

В моей домашней детской библиотеке было, пожалуй, три настольные книги: сказки Евгения Шварца, «Убить пересмешника» Харпер Ли и диккенсовский «Оливер Твист». Белый фолиант в холщовой обложке с позолоченными буквами был неудобен своим странным форматом A3 для стандартной книжной полки советского секретера. Книга всегда лежала поверх стройного ряда более ровных томов, потому мои пальцы касались её значительно чаще корешков с другими названиями.

Не секрет, что роман Чарльза Диккенса «Приключения Оливера Твиста» выдержал десятки экранных воплощений, включая мультипликационные, стал мюзиклом и даже получил документальную версию-посвящение. Лучшими в этом ряду стали музыкальная лента Кэрола Рида — Оскар за лучший фильм 1968 года и неожиданная удача Романа Поланского (уж кому как не ему знать всё про сиротское детство) года 2005-го.

Экранизация Дэвида Лина была одной из первых, если не брать немые вариации романа, потому она оказалась равноудалённой как от «левого» посыла английского классика, так и от традиционного социального реализма британской киношколы. Творя мир Диккенса с чистого листа, Лин сделал ставку на главную стилистическую черту писателя — типажи героев. И крупный план как идеальное средство натянуть нерв драмы тут пригодился как нигде.

То, что лучшие экранизации своих локальных бестселлеров снимают аборигены — не новость, донести до зрителя саму суть национального самосознания способен только местный, человек, думающий на языке героя. И фильм британца именно такой, но есть в нём то, что делает его… нет, не плохим, фильм-то как раз к просмотру обязателен, делает его каким-то «телевизионным». Макабрический дух романа утыкается в ходульные декорации лондонской киностудии, а накладные животы и носы так и вовсе «обезжиривают» его до такого состояния, что будучи в прокате СССР киностудии имени Горького даже резать почти ничего не пришлось — фильм оказался совсем без острых моментов! Ну не считать же таковой «пьяную сцену» в таверне, у нас-то рабочий люд небось так не напивался.

Каллиграфический почерк Дэвида Лина тут конечно виден через кадр, но в целом лента получилась как если бы Кэндзи Мидзогути снимал би-муви нуар для студии Кормана. Сырость киноматериала считывается с экрана «не глядя», ритм сбоит — фильм будто бы неправильно смонтировали, во второй части картины Твиста нет вовсе, а финал так вообще получился до обидного скомканным. Кто не разочаровал, так это сэр Алек Гиннесс в роли коварного еврея Фейгина! Лучший английский киноактёр всех времён (да простят меня Скофилд, О`Тул и сэр Лоуренс) как всегда выдаёт бенефис, затмевая всех и всё в этой последовательной академической бледности.

А вот как роман (кино-роман) воспитания фильм скорее удался. На банальные вопросы были даны предсказуемые ответы. Взрослые пестуют детей плохим патронатом, формируя себе подобных. Слово ребёнка ничто против слова взрослого и т. д. и т. п. И вот тут становится понятен контекст, почему эта лента появилась именно в то время. 1948 год — три года, как закончилась война. И…? — спросит нетерпеливый читатель.

Сотни тысяч английских мальчишек остались без отца…

7 из 10

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ