Дневник девочки-подростка

The Diary of a Teenage Girl (2015)

Девочка созрела

Минеты Минни энд попа Игги Попа

Сан-Франциско, 1970-е. 15-летняя Минни остро переживает пубертатную фазу гормонального взрыва, и, отметая любые моральные табу и предубеждения, соблазняет любовника собственной мамы — тридцати с лишним летнего усатого плейбоя Монро. Постельные отношения так стремительно набирают силу, что уже через пару недель у Минни появляется серьёзная зависимость от секса. И теперь она дни напролёт только о нём и думает, всё сильнее досаждая Монро своей активностью. И если тот отказывает дочке, вспоминая иногда про её маму, то Минни принимается лизать промежность Игги Попа. Благо, фото его красуется над её кроватью. Так — завоеванием маминого бойфренда — Минни компенсирует дефицит отцовской любви, а вместе с тем чувство никчемности и ненужности, которые угнетают её время от времени в моменты одиночества и разглядывания своего обнажённого тела в зеркале…

С таким выразительным лицом, как у британки Бел Паули (в период съёмок, к слову сказать, уже разменявшей третий десяток) вполне можно было сыграть Алису в стране чудес, а не Лолиту… в стране колёс. Семидесятые — последнее десятилетие, когда сексом занимались беззаботно и беззаветно. Тогда ковбой мог открыто прийти со старшеклассницей в бар и заняться с нею петтингом прямо за столиком. Все были счастливы и не понятно, то ли просто потому, что были счастливы, то ли от того, чтО именно курили. 35-летняя девушка-режиссёр Мариэль Хеллер ухитрилась зафиксировать и даже отрефлексировать в некоторых сценах это особое состояние семидесяхнутых. Эту особую плотность — более разряженного, чем сейчас, воздуха, из-за чего тогда трава была зеленее, а небо — голубее. И даже если вы ещё не жили (в отличие от меня) в то время, вы, скорее всего, это почувствуете.

Фильм вполне может стать культовых у тех юных особ женского пола, что всерьёз озабочены разрешением своих чувственных проблем. Что не укрощают свои желания, а стремятся реализовать их вне зависимости от того, как к этому относятся в обществе. Минни буквально кричит от радости, что у неё был первый секс. Девушка настолько увлекается своим новым хобби — спать с мужчиной, что не может не поделиться этим. И делится с портативным магнитофоном, записывая на кассеты все свои переживания. Причём постепенно всё более теряет контроль, и делает это даже в общественном транспорте, заставляя сидящих рядом пассажирок широко закрывать глаза от стыда. Так всё активнее в ней начинает пробуждаться не знающая границ креативность, что выливается ещё и в серию вызывающе откровенных эротических рисунков вагин и пенисов, которые Минна пытается превратить в комиксы.

«Дневник девочки-подростка» — своевременная и естественная реакция на всё нарастающую сексуальную фрустрацию и педофилическую истерию, недвусмысленно утверждающая мысль, что секс — это, прежде всего, радость, которую не имеет смысла отсрочивать до пенсии в мучительных спазмах её подавления. И уж лучше быть в 15 лет нимфоманкой, чем в 30 — старой девой. За 21 год до этого «Криминальное чтиво» послало в глубокий нокаут политкорректность, которая в 1980-е своими ханжескими ограничениями превратила Голливуд в Диснейленд, поставивший на поток производство фильмов, предназначенных исключительно для семейного просмотра. Хеллер смотрит на мир глазами своей героини, и если мучается вместе с ней, то вовсе не потому, что стыдится своего «развратного» поведения, а, как раз наоборот, полагая, что её никто не любит. По крайней мере, так, как ей хотелось бы. То есть не из-за чрезмерных проявлений любви страдает, а из-за её недостатка.

Хеллер отважно избавляет Минну от самоосуждения: когда рвущие лифчик гормоны устраивают в теле Хиросиму и Нагасаки одновременно, то уже не до стыда. И главная забота не в том, как затушить, а как утолить это адское пламя. Хеллер избегает любых предпосылок для чтения моралите, как, например, её соотечественница Кэтрин Хардвик, двенадцатью годами раньше дебютировавшая в режиссуре драмой о подростковом взрослении, «Тринадцать». Не идёт она и по следам британского «Аквариума», который поначалу почти буквально цитирует. История Минни ближе по духу французской «Настоящей девчонке» Катрин Брейя и эротическим приключениям норвежской тинейджерицы, получившим у нас название «То, что её заводит» Яннике Систад Якобсен. Именно две последние куда адекватнее передают особенности гормонального безумия юных Лолит, нежели мужские умозаключения Набокова, Кубрика и Триера с его «Нимфоманкой».

Источник.