Девушка из Дании

The Danish Girl (2015)

Гротескная имитация

В датской столице куда ни глянь — одна красота: гавань с лодками, художественные галереи, балы с нарядными платьями. Британский постановщик Том Хупер иллюстрирует хрупкую атмосферу и заодно оставляет предпосылки, если угодно, намёки, которые неизбежно ведут к трансгендерным вопросам. Осознание принадлежности к противоположному полу начинает приходить к художнику Эйнару Вегенеру, когда он соглашается позировать в качестве женской модели для своей жены Герды, также художницы. Портреты в мгновение ока приобретают популярность, и Герда продолжает писать картины со своим мужем. Своеобразные эксперименты и развлечения неожиданно для супругов оборачиваются серьёзными последствиями. Эйнар отходит от мужской сущности, покоряясь своей внутренней женственности, и начинает жить под именем Лили Эльбе.

Мотивы персонажей у Хупера нелогичны и не совсем обоснованы, а вся суть кроется как раз в их поступках и принципах. Свежеиспечённый любимец киноакадемиков Эдди Редмэйн предъявляет палитру различных чувств, включая эгоистичность и бесчувственность, но они лишь являются последствиями страданий неординарной натуры его героя. Он представлен жертвой искусства, человеком, желающим вытеснить из себя всё мужское, но женское в нём пробуждается слишком резко и неправдоподобно. Тот, кто напрочь отказывался примерять ради искусства женское платье, в скором времени начинает показываться уже на людях в таком виде. И чувство стыда после этого исчезает, зато появляется эгоцентризм, превращающий мужа из любящего в бесстрастного. Алисия Викандер, впечатляющая своей сексуальностью, неизвестно с какой целью подталкивает супруга своей героини на путь гендерного метаморфозиса, в то время как она ясно видит, что тот неравнодушен к женским принадлежностям. Впоследствии Эйнар и вовсе начинает оскорблять и насмехаться над чувствами Герды, временами забывая о её существовании. Но та по-прежнему слепо предана ему.

Хупер экранизирует роман, повествующий о первом человеке, прошедшим хирургическую коррекцию пола, и, грубо говоря, лезет не в своё болото. «Девушка из Дании» представляет собой красивую постановку с неким историческим налётом, но не более того. Последовательность действий, как и образы персонажей со всеми огрехами — загнаны под маску популярной в обществе тематики, которая словно голосит о важности своей формы, но забывает о содержательности. Тодд Хейнс, затронувший схожую тему в своей ленте «Кэрол», был близок к ней и знал, что и как снимать, да и актёры у него были на своих местах. Ну а Хупер снял безвкусную эксплуатацию. Редмэйн, копирующий манеры у танцовщицы пип-шоу, или скрывающий свои мужские гениталии, образно представляя на месте них женские — комичен, хотя обязан быть трагической фигурой. Ну а для драмы много гротеска со стороны актёра, и женщина из него пародийная. Метаморфозе в этом случае следовало уделять дольше внимания, чем излишней истерике и драматизации. Кроме того, флешбэки с прошлым, со схожими психологическими происшествиями были бы уместны, так как едва заметна борьба героя, едва слышен его внутренний крик. Одни мучения, слёзы, сквозь которые доносится приглушённая и тихая музыка Александра Десплы.

Чрезмерно прилизанная кинолента словно выполнена на заказ в угоду сезона кинонаград. Манипуляция, если и задумывалась, вышла неубедительной. Слишком простое это кино, ни апеллирующее к размышлениям, ни вызывающее сопереживания за счёт скупой режиссуры. Хупер не додавливает драму, и, кажется, история его не волнует, как и герои, потому и фильм получается плоским и далеко не самым ярким представителем в своём жанре. У постановщика очень отстранённый взгляд на пресловутую тему, тот же Хейнс или Альмодовар на те же темы снимают мощнее и экспрессивнее. Здесь, что ни сцена, то нередко пафосная. Режиссёр старается показать себя знатоком человеческих душ, но плоская как лист драматургия вязнет в клише конфликта и тянется на весь хронометраж. Картина Хупера как дорогой экспонат, выставленный на всеобщее обозрение, только он не сочетает каких-либо тонкостей, а взывает к себе глянцевой наружностью. И вместо истинного понимая Лили, зритель извлечёт лишь жалость.

Oscar, please!

Источник.